Skip to content

Хлопотливый народец (комплект из 3 книг) Воробьиные истории. Лягушачьи приключения. Насекомые сказки

У нас вы можете скачать книгу Хлопотливый народец (комплект из 3 книг) Воробьиные истории. Лягушачьи приключения. Насекомые сказки в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Происшествия, о которых только что шла речь, бывают тогда, когда человек вторгается на территорию, охраняемую псом. Но бывает и наоборот — бродячие четвероногие лезут туда, где их вовсе не ждут. Однако и здесь есть управа: Это препарат, в который наряду с парафином и минеральными маслами входит непереносимое для собачьего и кошачьего носов вещество — метилнонилкетон. Рекорд долголетия, по всей вероятности, принадлежит охотничьей собаке одного английского лесника: Адъютант вел бесхитростный, простой образ жизни на лоне природы.

Эту маленькую беспородную собаку трясли на вибростендах, заточали в барокамеру, ему делали хитроумные хирургические операции. И все же четвероногий ветеран космонавтики, пребывавший на пенсии, весной года стал отцом. Один из щенков был похож на папу, как две капли воды. Наверное, добрым людям, писавшим о безвременной кончине жившего в горах сенбернара Барри, и С. Текст очевидца, посвященный Барри, я нашел в книге прошлого века. Ее не возьмешь в районной библиотеке, поэтому позволю себе процитировать изрядный кусок.

К тому же слова Шейтлина так великодушны и поэтичны, что этим гимном лучше всего завершить разговор о собачьей жизни. Ты был большой, разумной собакой. Ты спас жизнь более чем сорока людям. С корзинкой хлеба и бутылкой вина на шее, ты каждый день выходил из монастыря в метель и оттепель, чтобы искать занесенных снегом и засыпанных лавинами Ты, как человек с нежной душой, умел, должно быть, молча выражать свое участие, потому что иначе маленький мальчик, вырытый тобой, не осмелился бы взобраться к тебе на спину и дать нести себя Но как же могли понимать тебя спасенные тобой?

Как умел ты ободрить и утешить их? Я бы хотел дать тебе язык, чтобы люди могли поучиться у тебя И трудился ты неутомимо, не требуя ни похвал, ни благодарности, целых двенадцать лет.

Я имел честь познакомиться с тобой в монастыре. Разумеется, я почтительно снял перед тобой шляпу. Ты в это время играл с товарищем, как играют между собой тигры. Мне очень хотелось подойти к тебе поближе, но ты заворчал на незнакомого человека. Я же знал уже тогда и твое имя и его славу. Будь я в беде, ты бы, конечно, не стал на меня ворчать.

Теперь ты умер и тело твое стоит в бернском музее. Город хорошо сделал, что, когда ты состарился, стал слаб и не мог больше служить людям, кормил тебя и берег, пока ты не умер.

Кто увидит теперь в музее твое чучело, должен снять шляпу и купить твой портрет и под стеклом повесить его на стене своей комнаты. Каждому ясно, что на душе скребут не те кошки, в которых альпинисты карабкаются в гору, и не те, которыми достают из колодца потонувшее ведро. На душе скребут обыкновенные домашние зверьки. Да что там душа — кошки столь вездесущи, что добрались и до облаков, куда душа, как известно, попадает лишь изредка.

Во время грозы, например, кошки так тесно связаны с облаками, что надо обязательно выкинуть черного кота из дому, а то он притянет к себе молнию. А уж если черный котище дорогу перебежит, может стрястись такое, что страшно и подумать.

Ни в коем случае нельзя возить кошку на лошади, потому что лошадь вскоре околеет. Однако кошачий чих способен и на благие дела: Повсюду были свои поверья. Стоит, например, перевезти кота из страны в страну, как его свойства изменятся. Если в России встреча с черной кошкой предвещала недоброе, то в Англии, наоборот, это сулило удачу. Там черных кошек даже остерегались выпускать во двор — вдруг украдут этакое счастье. Способностью осчастливливать были наделены и скромные кошачьи хвосты.

Хвост хвосту — рознь. Например, хвост черного кота вылечивает ячмень на глазу — стоит приложить его к веку. А для лечения бородавок он непригоден — тут нужен хвост трехцветной кошки. Впрочем, есть и другие мнения. Например, Гекльберри Финн в просторечии Гек Финн , сын пьяницы из захолустного американского Санкт-Петербурга, был уверен, что победу над бородавками можно одержать только с помощью дохлой кошки и особого ритуала.

Возьми кошку и ступай с ней на кладбище незадолго до полуночи — к свежей могиле, где похоронен какой-нибудь плохой человек, и вот в полночь явится черт, а может, два или три, но ты их не увидишь, только услышишь ихний разговор. И когда они потащат покойника, ты брось им вслед кошку и скажи: В прошлом об этих и других чудодейственных качествах кошек рассуждали всерьез. Мяукающие создания участвовали в магических обрядах, их мясом привораживали любовь и прогоняли чахотку.

Но результаты, пользуясь научной терминологией, были недостаточно воспроизводимы или, говоря проще, плачевны. Недаром в наше просвещенное время ячмень лечат желтой ртутной мазью, ихтиолкой и компрессами, а в загсах что-то не видно простуженных котов. За океаном некоторые энергичные американцы даже объединились в клуб борьбы с предрассудками.

Организационное собрание состоялось 13 числа в комнате номер 13 на м этаже. Заседание шло под звон разбиваемых зеркал, докладчики во время своей речи рассыпали соль, а хозяйка помещения была окружена 13 черными кошками. Как это ни странно, Европа с кошкой познакомилась недавно. Древние римляне будто и понятия о ней не имели. В Америку же она попала с испанскими каравеллами. Родоначальники нынешнего миллионного поголовья домашних мурлык дикие кошки и сейчас отнюдь не экзотика жили в Северной Африке.

Полагают, что отсюда они и начали завоевание наших домов. Еще неожиданней другая находка — коренной зуб домашней кошки, пролежавший в земле больше восьми тысяч лет неподалеку от Иерихона. Кошачьи кости такого же возраста, найденные в Греции, еще сильнее смутили археологов.

Неужели и здесь кошка была одомашнена? Так или иначе, но пока все же считают, будто в древности домашняя кошка была привилегией Египта. Она там жила припеваючи. Египтяне обращались с ней как с божеством. Они верили, будто душа домохозяйки после смерти прячется в теле кошки.

Как же иначе — кошка животное чистоплотное, любящее порядок: Египтяне уступали дорогу пушистым созданиям, при пожаре выносили сначала кошек, а потом скарб. Даже за случайное лишение жизни этого четвероногого полагалась смертная казнь. И естественная смерть кошек была великим горем. Все семейство погружалось в траур, люди в знак величайшей печали подстригали себе брови. Кошку мумифицировали и с почетом хоронили на особом кладбище. Преклонение перед кошками приводило древних египтян даже к военным поражениям.

Войска встретились в г. Персам оставалось только прибегнуть к хитрости. Передние ряды персидского войска добыли себе кошек и выставили их, каждый солдат перед своей грудью, в виде щита. В средние века инквизиция объявила кошек орудием дьявола.

Не средневековье ли оставило нам в наследство страх перед светящимися в темноте кошачьими глазами? Кстати, почему инквизиция выбрала своим гербовым цветом зеленый? Ну а откуда взялось само слово кошка?

Здесь нужно обратиться к рассуждениям филолога А. Так что египтяне к европейскому наименованию домашнего зверька отношения вроде бы не имеют. Оно закрепилось за домашней кошкой и вошло в лексикон римлян.

Римляне и греки передали название и самих котов другим народам Европы. Но вот какая закавыка: И еще одна подробность: Ибо окотиться может и львица, и коза, и крольчиха. Более ста лет назад Дарвин не без удивления заметил: А вот при чем: В году профессор В. Матюшкин обмерили головы ленинградских, диких лесных и степных кошек, а также домашних кошек, останки которых найдены при раскопках Древнего Новгорода.

Но серого вещества у них не прибавилось: Даже самая тощая драная лесная кошка по объему мозга даст фору лоснящемуся квартирному коту. И другой, как говорят в науке, доместикационный признак.

Речь идет о впадинке Суоньги — ямке, где кошачий нос соприкасается со лбом. Такая впадинка красуется на мордочках почти всех домашних и у половины диких степных кошек, а у лесных она встречается редко, да и впадинка у них неглубокая, еле заметная.

Высказано мнение, будто эта ямка тоже свидетельствует о деградации домашних кошек как хищников. Кошка поймала мышь и съела ее Кошки — хищники, они жаждут крови. И не потому ли, что у самих ее маловато? По отношению к весу тела крови у них почти в два раза меньше, чем у лошадей, голубей и собак.

И не странно ли, что по процентному ее содержанию в организме кошки весьма близки к свиньям, не в пример которым беспрестанно вылизывают себя. Недавно появилась версия, будто кошки, облизываясь, получают двойную пользу — содержат тело в чистоте и слизывают с шерсти и отправляют в рот витамин В, который выделяет кожа. Неужели природа для снабжения организма витаминами не могла найти способа попроще? И все-таки, сколько бы кошка не витаминилась, ей надо быть чистоплотной.

Содержать тело в порядке кошек научила жизнь, эволюция. Она же устроила так, чтобы это не было чересчур обременительно. Всем известно, что собака пахнет псиной. Собаке, конечно, на это наплевать. А вот кошке ни в коем случае нельзя было приобретать персональный аромат.

Ведь ока подкрадывается к добыче, а не изматывает ее долгой беготней, как собака. Для этого мало мягкой кошачьей походки — уж коли подкрадываешься, тебя могут обнаружить и по запаху.

Вот природа и устроила так, что на ее теле нет жировых и потовых желез. Поэтому она ничем и не пахнет. Впрочем, как и другим млекопитающим, кошке все же приходится попотеть. В жару собаки свешивают язык почти до земли.

И мотается он, как тряпка. Кошка такой способ терморегулирования сочла неприличным. У нее влажными становятся ноги, вернее, кожистые концы лапок. У подкрадывающегося зверька лапки прижимаются к земле, и, следовательно, добыча загодя не учует запах хищника.

Если же испугать ничего не подозревающую домашнюю кошку, ее следы на линолеуме или паркете станут влажными Крушинского начали изучать способность животных к прогнозам. Лисицы и собаки мигом догадывались, куда надо идти. А вот кошки часто ошибались: Нельзя ли результаты экспериментов трактовать по-другому?

Может, кошка не такая уж бестолочь? Не мешает ли ей традиция: Чтобы запах не спугнул добычу, и в квартире, и на улице кошка по мере сил старается блюсти чистоту. Вот один из бесчисленных фактов, примечательный лишь тем, что его подметил дед великого Чарлза Дарвина. Котенок пытался засыпать пеплом холодную воду, которую нечаянно выплеснули из ложки возле потухшего камина.

Это была просто вода, дурно она не пахла, но гигиенические заветы предков диктовали котенку, что лужицу надо ликвидировать. Вероятно, чистюля-несмышленыш принял ложку воды за свой детский грех. Стоит взрослому, могучему псу, даже самых благородных кровей, на мгновение увидеть лакомую косточку, как у него капают слюнки.

Котята же и кошки слюну не распускают. Этому их тоже научила жизнь: А вот когда добыча в когтях и продегустирована, тогда слюна тут как тут. Когда человек не видит того, что он приобретает, весьма мотивированной формой отказа обычно служит такой довод: Действительно, что мы знаем про кота в мешке?

Если в мешке на самом деле кот, 25 шансов из ста за то, что он амбидекстр: Быть амбидекстром отнюдь не зазорно: Вернее, лохматые владельцы лап не отдают предпочтение какой-либо конечности.

Если же в мешке не амбидекстр, то с равными шансами он может оказаться левшой или правшой, ибо среди мяукающего племени левшей куда больше, чем среди людей. Сколько написано про то, что наша левая рука музыкальнее правой, что даже глаза одного человека видят мир несколько по-иному, что ребенка-левшу следует осторожно переучивать с тем, чтобы он стал правшой Подобных тонкостей о четвероногих наука пока не знает.

Когда на левое полушарие кота-амбидекстра направили электрические разряды, он сразу стал левшой — начало доминировать непострадавшее полушарие мозга.

Значит, и у котов так же, как и у нас, верховодит одно из полушарий. Столь примечательный вывод сделан при наблюдениях лишь за передними лапами — задние почему-то не привлекли внимания исследователей. И уж совсем непонятно: Одинаково ли он работает у котов-левшей, правшей и амбидекстров? Ведь гибкого позвоночника, сильных задних лап — кажется, всего, что нужно для превосходного завершающего прыжка, для того чтобы добыча не ушла меж когтей, — еще мало.

Необходим руль — пушистый и вместе с тем достаточно жесткий. Когда на острове Мен кошек изуродовали — вывели бесхвостую породу, у животных в качестве компенсации сильно увеличились задние ноги. Кроме когтей и мышц, в охотничьем арсенале кошки есть и другое оружие: Полагают, что небольшая складка на краю кошачьего уха, образующая продолговатую выемку, не что иное, как резонатор.

Вообще же чуткое кошачье ухо слышит звуки частотой до 60 герц. Очевидцы утверждают, что во время Второй мировой войны видавшие виды кошки заблаговременно, еще до объявления воздушной тревоги, прятались в бомбоубежище. Не улавливали ли они шум авиационных моторов до того, как самолеты обнаруживала противовоздушная оборона?

И кажется уж совсем невероятным сообщение, будто кошки могут слушать не только ушами, но и глазами. Будто в их зрачках найдены такие нервные клетки, какие у других животных работают в органах слуха.

Кошачьи нервы хранят немало тайн. Так, электропотенциалы, вызванные в мозгу кошки тиканьем часов, усиливались на свету и слабели в темноте. В свою очередь, на электрическую активность зрительного участка коры ее мозга влияла не только сила света, попадающего в глаз, но и раздражение кожи. Ночью кошачьи зрачки необычайно широко раскрыты; днем же — узенькая щель.

Расширение и сужение зрачков зависит от силы света: В кошачьих глазах есть и миниатюрное зеркало — тапетум, слой серебристых кристалликов, как бы увеличивающих силу приходящего света. Правда, светящиеся глаза — не исключительная кошачья привилегия. Собаки, лошади, кролики, овцы и многие рыбы тоже обладают глазами-фарами. Конечно, внутри кошки или лошади электрической батареи нет. Просто их глаза отражают свет так, что часть лучей возвращается по тому же пути, по которому они в них попали.

И зеленоватый кошачий глаз может быть заметен на расстоянии 80 метров. Окружающие предметы пушистое создание различает при освещенности в шесть раз меньшей, чем требуется нам. Охотиться кошке помогают и шкура, и усы.

Стоит подрезать усы, как ее осязательная чувствительность падает, и в совсем темной комнате она беспомощно тычется из стороны в сторону. Между прочим, и у человека ткани, окружающие рот, например губы, обладают повышенной осязательной чувствительностью.

Редкостное чувство осязания скрыто и в кошачьей коже. А шкурка при поглаживании испускает крохотные электрические искорки. Не потому ли так приятно гладить кошку? Кошачьи шкурки вроде бы тонизируют. Увы, нет в мире совершенства: Да ей острое чутье и не очень-то нужно: Принюхиваясь, кошка немного шевелит усами. Если она уловит запах своей товарки, усы приподнимутся и из приоткрытого рта покажется язык.

Уж не дразнится ли ехидное существо? Бегают кошки плохо, хотя за несколько минут могут сделать столько движений, сколько нам и за час не удастся. И все же выносливость у них никудышняя. Лауреат Нобелевской премии, этолог специалист по поведению животных Конрад Лоренц сумел жившим у него котам привить такую любовь к себе, что те добровольно! Однако ходить с ним в поле коты отказывались — видно, боялись в чистом поле, где на дерево не влезешь, встретиться с собакой.

Совместные походы показали следующее: Кому из моих читателей приходилось видеть, чтобы кошка тяжело дышала или высовывала язык, точно собака? Вообще-то кошкам днем положено отдыхать, а не шляться по лесу. Ибо кошка — животное по преимуществу ночное.

И еще об одном свойстве, не раз выручавшем мурлыку из беды: Кошка каким-то чудом познала закон сохранения момента количества движения. Если мастера фигурного катания останавливают вращение, резко раскинув руки, то она для этого широко раскидывает лапы. В общем, кошка существо загадочное. Даже в позе зверька, отдыхающего дома, есть тайна. Вы, конечно, видели, как кошка свертывается в клубочек, чтобы сохранить тепло. В хорошо натопленной избе ее тело принимает форму дуги в градусов.

Чем теплее в комнате, тем больше она распрямляется. И вот что странно — при нещадной жаре кошка снова немного свертывается. И в самом деле — почему? Кошка-то лежит в доме, а не на солнцепеке.

Может, лохматые коты, часами нежась на солнышке или на батареях центрального отопления, вспоминают свою древнюю родину—раскаленные пески Африки? Вряд ли — француз М. Жуве с помощью хитроумных опытов выяснил, что во сне кошки видят только то, что было с ними наяву. Во сне они либо заняты гигиеническими процедурами лижут лапу , либо охотятся.

Так что грез у домашнего сфинкса нет. Среди многочисленных трудов Дарвина есть прелюбопытная книга: О чем только в ней не написано — и про то, почему от стыда краснеют люди, а птицы от страха бледнеют, и про то, как удивляются обезьяны, злятся собаки и радуются кошки.

Дарвин, вероятно, был первым исследователем, который с этологических позиций хотел выяснить первопричину натянутых отношений между нашими лохматыми соседями: Для этого он тщательно изучал священный язык животных — язык поз и движений. Возьмем хотя бы хвост — немаловажный инструмент в беседе животных. Увы, нашим четвероногим соседям достигнуть взаимопонимания с помощью хвоста трудновато.

Кто не видел, что, испугавшись, собака поджимает хвост. В гневе собака держит хвост морковкой. Если хвост ходит ходуном, значит, ока безмерно рада. С кошачьим хвостом дела обстоят наоборот: И до тех пор, пока беседы хвостами между собаками и кошками будут вестись без переводчиков, информация не перестанет искажаться, и трений не избежать.

И все же иные собаки и кошки хорошо понимают друг друга — иначе они не состояли бы в дружбе. И совсем не зря в золотом фонде мировой литературы увековечен рассудительный Кот, понимающий, что к чему. Кот из сказки Л. Сказочный Кот мимоходом высказался о мурлыканье, физиологическая основа которого не объяснена ни в выдуманном, пи в реальном мире. Она, как мы условились, нормальная. Я ворчу, когда мне приятно, и виляю хвостом, когда злюсь. Право, не знаю, как бешеные, а нормальные собаки, даже те, которые и ростом не вышли, любят гонять кошек.

Но стоит кошке по-настоящему разъяриться такое чаще бывает, если ей некуда удрать , как собачий пыл испаряется на глазах. Выдержать ужасную схватку с кошкой может только героический пес: Казалось бы, она должна быть признательна человеку за это. К сожалению, ее привязанность к дому часто сильнее любви к хозяину.

Истоки такого эгоизма уходят в седую старину: Поэтому и сейчас она считает себя равноправным, а может, и главным квартиросъемщиком. Переезд хозяев в новый дом довольно много кошек принимают за неразумный поступок и возвращаются на старое место, даже если их увезти за десятки километров. Они возвращаются не домой в нашем понимании, а на свой охотничий участок, где все изучено, обнюхано, исхожено.

Таинственный компас, влекущий зверька к дому, работает отлично. Несколько кошек, уроженцев западногерманского города Киля, посадили в загородный загон с выходами в разные стороны. Когда дверки открыли, четвероногие покинули место заключения именно через те выходы, которые смотрели на их далекие дома. Кое-кто из специалистов утверждает, что домашняя кошка — это дикий зверь, который просто согласился жить рядом с нами. Под такое утверждение подведен базис: Даже разжиревший кот, которого не пускают за порог городской квартиры, пытается жить по закону предков.

У него есть убежище подушка или уголок дивана. Тут у него благодушное настроение, и владельцы могут фамильярничать с ним: Менее доступен кот на территории для прогулок. Моцион он совершает по одному ему видимым тропинкам, а не слоняется по квартире как попало. Например, к окну или любимой батарее он идет по одной и той же трассе.

И наконец, толстый арестант в заставленной мебелью квартире пытается отвоевать для себя еще одну зону — аналог охотничьих владений. Здесь он наиболее сердит. Охотничья территория деревенских котов и кошек обычно начинается метрах в пятидесяти от дома. Но если кошек устраивает мини-участок радиусом этак метров в триста, то коты сущие захватчики — им подавай километры. Уважающая себя кошка ненавидит людей, попадающих в ее охотничью вотчину. Это и понятно — хозяйка, лопочущая ласковые слова, тут оборачивается врагом, спугнувшим поджидаемую жертву.

Какая любовь, когда изо рта вынимают честно заработанный кусок мяса, который юркнул в норку или упорхнул в гнездышко! Вотчина застолблена запаховыми метками, и попытки пересечь границу решительно пресекаются. Вообще, к частной собственности кошки относятся уважительно — пришельцы безропотно позволяют хозяину совершить над собой ритуальный осмотр и обфыркивание, а потом удаляются не солоно хлебавши. Правда, бывает, что нежелательной персоне хозяин покажется хлюпиком, которому такие богатые владения ни к чему.

Тогда феодалу придется мериться силами с агрессором. Сражение начинается с завывания соперников. Наконец, одному из солистов надоедает выть, и он беспардонно бьет противника лапой по носу. Главное, что следует сделать, — это вцепиться зубами в ненавистный загривок.

Но и противник не лыком шит: Загривок приходится выпустить и самому принять позу обороны. После этого бой обычно прекращается. Узнать, кто победил, просто: Нехорошо бить лапой по носу, нехорошо вцепляться зубами в нежный загривок собрата. Это больно и негигиенично. Впрочем, и тут рефлекс — в экспериментах, когда макетам мышей голову пришивали к хвосту, кошки неизменно вцеплялись в их затылок. Зато кошка-мать — сама добродетель.

Она бескорыстно воспитывает и защищает не только своих котят, ко и подкидышей. А подкидывали кого угодно: Однако не хочется вести речь про эксплуатацию материнского чувства. Лучше немного поговорить про настоящих кошкиных детей. Не пройдет и часа с момента появления котят на свет, как они принимаются за еду.

Котята набираются сил, становятся резвее, и их потешные игры могут рассмешить и детей, и взрослых. А вот специалистам по поведению животных не до веселья — у них нет четкого определения, что такое игра, и не только у кошек, а вообще И чем больше мы узнаем, тем больше удивляемся. Ну не странно ли видеть, как коты, знающие, почем фунт лиха, коты, схожие по характеру и силе, не цапаются, а дружат? Здесь мяукающее общество часами пребывает в неге и довольстве, иногда облизывая друг друга.

Тут рядом мирно восседают кошачья знать и кошки-парии. О чем они беседуют? Что решается на этих собраниях? За миллионы лет охотничьих походов кошки пристрастились к мышам. Пристрастие кошки к мышам имеет и физиологическое объяснение.

Дело тут в прозаическом элементе — сере. Серы полным-полно не только в кошачьей шкурке, но и в продуктах обмена веществ ее организма, где она встречается даже в виде серной кислоты. Серосодержащие кислоты — цистин, цистеин и метионин очень нужны кошке. Они стимулируют рост, способствуют количеству и качеству шерсти.

Так вот, чтобы не ходить голой, кошка съедает мышей неочищенными, с шерстью, пополняя необходимый запас серы, которой в мышиной шкурке предостаточно. В Древнем Риме мышеловную функцию сперва исполняли домашние удавчики и ужи. Но аппетит у удава неважный, а мыши плодятся неимоверно быстро. И римляне обзавелись лаской.

Маленькая и юркая, она могла преследовать мышей даже в норах. Но вот Европу, а потом и весь мир заполонила здоровенная серая крыса пасюк. Ласка в борьбе с этим сильным организованным врагом оказалась несостоятельной. Тогда-то кошки и появились почти в каждом доме. На первых порах они вроде бы рьяно взялись за дело.

Кошачий же пыл мало-помалу испарялся. И в наши дни эти неженки почти совсем спасовали перед крысами. Химические и прочие хитроумные способы борьбы с серой крысой не дали желаемого результата. Пасюка не могут выкурить даже из метро, где, казалось, для крыс съестного не густо. Недавно предприняли несколько карательных операций против крыс, катастрофически размножающихся на островах, например на Калимантане в Индонезии.

Для десанта отобрали пару тысяч рослых, сильных котов. Но особо восторженных реляций с места боевых действий не последовало. Может, лучше вспомнить о том, как в Древнем Египте отважно действовал сильный гибрид кота и болотной рыси?

Охотникам он отлично заменял собак. Не возродить ли эту породу? Кошка, где мышей не густо, не брезгует бурундуками, тушканчиками и даже ящерицами. Описано несколько случаев, когда они, жертвуя собой, спасали детей от змеиного укуса. Случалось это, когда взрослых не было дома и у кошек была полная возможность удрать. Особо прославился кот Мирон, путешествовавший с геологами по плато Устюрт и самоотверженно охранявший экспедиционный лагерь от ядовитых тварей.

Он хватал змею за хвост, подбрасывал ее в акробатическом прыжке и ударял о землю — и так до тех пор, пока змея не испускала дух. Но это — не правило, а, скорее, приятные исключения. Как ни горько сознавать, больше кошек-нахлебников. В Англии 4 миллиона кошек, в США 70 миллионов собак и кошек; у нас кошек никто не считал, но их поголовье тоже многомиллионное.

В городах бездомные зверьки загаживают детские песочницы, подъезды и кормятся на помойках. А сколько кошек бросают, например, дачники, зимой живущие в городе! Сознательные люди обрекают животных на страдания! И все же следует напомнить: О бешенстве, стригущем лишае и глистах наслышаны все. Но не о них речь. Речь об токсоплазмозе, который в основном лежит на кошачьей совести. Для взрослых людей микроб токсоплазма не страшен — будет недомогание, как при гриппе.

А вот для будущих детей, вернее, для беременных женщин микроб ужасен: Увы, токсоплазмоз не такая уж редкость: В чем же дело? Исследования, проведенные в Шотландии, показали, что в кошачьем организме формируется невероятно устойчивая форма микроба, не реагирующая ни на жару, ни на холод, ни на дезинфицирующие средства.

Попав из кошачьих экскрементов, скажем, в пруд или песок, микроб годами сохраняет силу. Великолепно он себя чувствует и на звериной шкурке. И, лаская пушистую любимицу, беременная женщина должна помнить, что после этого нужно обязательно вымыть руки, чтобы микроб не добрался до рта. Ну, а где же берут токсоплазму кошки?

Они заражаются, съедая мышей, птиц или сырое мясо. Не так давно в одном научно-популярном журнале был напечатан материал, где есть такая фраза: Однако про то, кто, где и как это подсчитал, в журнале ничего не сказано. А между тем цифры странные, нереальные. Как ни прикидывай, среднестатистическая кошка мышей съест куда меньше, а птиц — куда больше. Вот горькие слова московского специалиста: Удивительно ли, что мы видели парочку славок-черноголовок, загнездившихся было в нашем дворе, и слышали чудесную песню самца всего четыре дня: Можно привести и другой пример, прямо противоположный.

На сквере позади Московского университета его площадь равна 4 га мы насчитывали до 16 гнезд коноплянок, расположенных в подстриженных живых изгородях, и 1—2 садовых славок. Однажды здесь долгое время держался, пел и, возможно, гнездился соловей. Такое обилие птиц было повсюду вокруг университета. Причина ясна — здесь нет жилых домов, следовательно, нет и кошек, выпускаемых хозяевами на ночные прогулки. Совершенно такого же типа посадка и живые изгороди перед главным входом на ВДНХ в Москве, но мы не нашли здесь ни одного гнезда Люди развезли кошек по всему миру.

Отнюдь не безболезненно прошел этот процесс. Со временем здесь сделали маяк. В году смотритель маяка, чтобы было с кем коротать время, привез сюда кота.

Как говорят специалисты, он акклиматизировал кота в новом местообитании. Несколько последних тушек, хранящихся в музеях, отобраны у этого кота. Мы даже толком не знаем, что потеряли. И все же мы привыкли к кошкам, полюбили их. Теперь, когда человек воздвигает между собой и природой все новые и новые преграды, посланец животного мира Земли, способный ужиться с нами в городской квартире, делает нас чуть-чуть сердечнее.

Конечно, с разумной добротой нужно относиться ко всему живому, а не только к пушистым мурлыкам, которые с наслаждением разоряют птичьи гнезда. Наши ветеринарные правила требуют, чтобы в городе кошки гуляли под надзором хозяев. А как именно надзирать? Неужели надо нацепить ненавистный намордник или поводок? По всей вероятности, моцион в таком снаряжении для кошки оскорбителен. Есть ли выход из щекотливой ситуации? Возможность подобной перестройки подтверждают опыты М. Герд из Московского отделения общества психологов.

В опытах участвовали кошки, еще в месячном возрасте целиком перешедшие на попечение владельцев, которые не только кормили малышей, но и защищали в случае опасности, играли с ними и удовлетворяли их так называемое исследовательское любопытство.

Возмужавших кошек владельцы привезли на площадку. Здесь было то тихо, то раздавался негромкий шум и вспыхивали красные и зеленые лампы. Кошки, попавшие на испытательный полигон, терялись в незнакомой обстановке.

У четвероногих был выбор — удрать и спрятаться в одно из укрытий или прижаться к стоящему рядом владельцу. В более сложном варианте опыта они могли семенить за идущим хозяином.

Увы, следовать за вырастившим их человеком отважился лишь один зверек из четырех. Более того — половина подопытных кошек стремглав бросилась от хозяев. Но ведь есть и другая половина. Право, неплохо, если предположение сбудется. К тому же кошек можно обучать почти так же, как и собак. Например, великий Данте приучил одну из своих любимиц держать в лапе горящую свечу, когда он по вечерам читал книги.

Конечно, торшер кошка в лапах не удержит. Но чему-то новому ее учить пора. И все-таки в кошке что-то настораживает. Представьте себе, что собака вдруг увеличилась до размеров слона.

Она все же останется защитником и другом. При этом в разных странах дела с ними обстоят по-разному: Основное поголовье вредителей — пасюк, сильная серая крыса она скорее рыжая.

Черные крысы на самом деле они буроватые , в прошлом наводнявшие города и веси, уцелели лишь кое-где. Вероятно, пасюки не могут прикончить черных крыс потому, что те, спасая свою жизнь, отступают на труднодоступные чердаки — они способны пройти из дома в дом по телефонному проводу, качающемуся высоко над асфальтом улицы.

Но все-таки эти акробаты не только слабее, но и глупее пасюков. Если вы по случаю раздобыли крысу и затрудняетесь определить, к какому виду она принадлежит, воспользуйтесь советами зоологов. Они уверяют, что у серой крысы хвост короче туловища, а у черной — длиннее. Правой рукой можно и левой возьмите ее за ухо.

Если ухо, пригнутое к морде, не достает до глаза, вы имеете дело с пасюком. А если достает, перед вами незадачливый родственник пасюка — черная крыса. В Индии водится здоровенная крыса, перед которой и он спасует, — вес ее до килограмма, соответственно велики и ее зубы. И слава богу, что их жизненный путь ограничен лишь шестью годами.

Хорошо и то, что борьба за существование или люди в среднем через два года отправляют крысу в загробный мир. Но и за эти месяцы грызуны успевают наилучшим образом устроиться в этом мире и и принести людям массу неприятностей. Пасюки, живущие в холодильниках, крупнее своих товарищей с зернового склада. Эту экологическую премудрость в очередной раз подтвердил биолог Н Н.

Он обследовал крыс, обитающих в холодильном цехе Уфимского мясокомбината, где весь год стоит двенадцатиградусный мороз, и в колбасном цехе Раевского мясокомбината, где температура и влажность для грызунов, казалось бы, куда благоприятнее.

Так вот, мороз крысам идет на пользу — они более плодовиты именно в холодильном цехе. И не только плодовиты, но и отличаются отменным здоровьем: Крысиная кампания на продуктовом складе все равно что пожар.

Из-за этого в один прекрасный день добрая половина Нью-Йорка осталась без электричества. А в году одна-единственная крыса остановила 16 железнодорожных эшелонов на линии Токио — Осака. Злоумышленница прогрызла кабель сигнализации, и светофоры отключились. Крысы угрожают не только благополучию людей.

Они вредят всей биосфере: В наши дни в Ирландии крысы съели всех болотных лягушек, а на датском острове Дегат из-за них исчезли птицы. Подобные печальные сообщения поступают из самых разных мест. И неизвестно, кто больше виноват — крысы или люди. Крыс снабжают едой помойки, магазины, склады, жилые дома, сточные трубы. В том, что они слишком расплодились, человек виноват еще и потому, что мешает жить их естественным врагам — совам, аистам, цаплям, хорькам, скунсам и змеям.

Конечно, сова или цапля обитать в подвале не будут. А вот заменить одомашненной лисой или хорьком изнеженную кошку ох как стоило бы: Конечно, на лисе или сове свет клином не сошелся. На островах Полинезии с крысами весьма удачно сражаются специально завезенные сюда индийские вараны. А в Индии решили восстановить экологическое равновесие, запретив экспорт змеиных кож: Крыса, загнанная в угол, борется до последнего.

В критической ситуации она первой бросается даже на фокстерьера, мертвой хваткой вцепляется в собачий нос и мотается на нем, как пиявка. А когда крыс много, они защищают друг друга. Так, в Московском зоопарке они шли в атаку на филина, стараясь вырвать из его когтей свою подругу. Могучая птица рвала их одну за другой. Но возбужденные криками жертв, все новые и новые пасюки вступали в смертный бой. Между собой крысы порой воюют иначе.

Специалисты утверждают, будто крыса — чуть ли не единственное животное, способное убить собрата на расстоянии, даже не дотронувшись. Вот описание французского этолога Мориса Кейна. Притомившись, агрессор отправляется по своим делам, а жертва продолжает лежать, прерывисто дыша. Передохнув, нападающий вновь начинает выделывать угрожающие па вокруг лежачего.

Смерть жертвы наступает через несколько часов. Наблюдались случаи, когда она отходила за девяносто минут. Все внутренние органы умершей в полном порядке, никаких признаков внешнего или внутреннего ущерба. Крыса умирает, так сказать, пыша здоровьем. Любопытные факты о крысином стрессе были опубликованы и западногерманским научным журналом.

Оказывается, крысы с поврежденными усами вибриссами сущие психопатки — они часто погибают от стресса. Если же психическое потрясение останавливает сердце особи, усы которой в полном порядке, то прикосновение человека к этим длинным и жестким волоскам оживляет — сердце грызуна снова начинает работать. Объяснений этому феномену пока не найдено. Быт крыс зиждется на иерархии, а иерархия — на страхе перед более сильными особями и перед местным диктатором — самой главной крысой.

По некоторым сведениям, среди самок часто царит равноправие. Когда диктатор хоть капельку не в духе, подвластные раболепствуют: Д как же иначе — ведь старшие по рангу самцы норовят укусить в спину или в корень хвоста. Несмотря на драконовский режим, а может благодаря ему, в крысином обществе популяции бывают элементы взаимопомощи: Случается, что при опасности стариков провожают в укромное место.

И при всем этом могут без зазрения совести сожрать хворого собрата. С биологической точки зрения, это благо — другие ее заболеют. В племени голохвостых возможна и самая беззастенчивая эксплуатация, и бескорыстные поступки.

Как это ни странно, даже среди крысиных вождей есть весьма работящие особи, а не только лентяи. В Страсбургском университете в клетку к лабораторным крысам вместо обычной кормушки подсунули хитроумную штуковину: Тут же объявились охотники забавляться с игрушкой. Вскоре это заметили не только сотрудники университета, но и хвостатые лентяи высокого ранга. Если на свою беду с педалью начинала забавляться крыса-пария, высокопоставленные лентяи не отпускали ее до тех пор, пока вдоволь не наедятся.

Ну чем не эксплуататоры? И название заметки об этом было не в бровь, а в глаз: Голохвостые твари живут не только текущей минутой — они думают и о будущем. Иначе бы они не запасали пропитание.

А запасают они даже живность. Например, пасюки, живущие на обочинах рисовых полей Кубани и Приазовья, ловят жаб. Они надкусывают жабам голову в точно определенном месте, те впадают в своеобразную летаргию и лежат в норах не портясь. Иногда по непонятным причинам то ли из-за холода, то ли из-за несоблюдения гигиены у нескольких зверьков прочно склеиваются хвосты. Думают, будто такое бывает только у черных крыс. Король раздобыть себе пропитание не может и переходит на полный пансион своих подданных.

И подданные добровольно кормят его. Король до конца дней привязан к месту. Крысы же с обычными хвостами не прочь и погулять. Лет десять назад по Нью-Йорку шлялась крысиная толпа под предводительством Чарли — так полицейские окрестили самую матерую крысу. В году сотни тысяч крыс в Таиланде тоже почувствовали охоту к перемене мест. Они разгуливали по стране, переплывали реки. Крысы плавать не любят, но при нужде поймают и рыбу. И все же самыми головокружительными путешествиями крысы обязаны людям — корабли и поезда развезли их по всей планете.

Но в общем крысы домоседы. В дремучем абхазском лесу зоолог А. Берштейн однажды пометила черных крыс. Два месяца слежки показали, что крысы не отважились удалиться от гнезда и на полсотню метров. Смелее серые крысы в Волгограде, хотя и здесь при достаточном количестве съестного придерживаются обжитого места, например подземных технических коммуникаций тракторного завода или оврагов с бытовыми отбросами.

Иначе говоря, поселения крыс в Волгограде как и в других городах почти не связаны между собой. В Москве заселенность крысами городской площади чрезвычайно низка — лишь 2 процента. Однако тенденции к дальнейшему уменьшению своего ареала крысы не проявляют. И поэтому за ними слепят Дважды в год весной и осенью в московских подвалах и других злачных для голохвостых пришельцев местах ведут их учет — ставят капканы.

Работы V сотрудников Московской городской дезинфекционной станции хватает: Обычно хвостатая семья владеет участком радиусом метров в Но и здесь грызуны не бегают как попало.

В подвалах придерживаются стен, плинтусов или труб. На открытом месте свои постоянные пути сообщения; они усеяны пометом и поэтому хорошо заметны. Если сюда забредет посторонняя особь, ее ждут большие неприятности. Крысы, как и многие другие животные, больше верят носу, чем глазам.

Однажды несколько грызунов посадили в новое помещение. Там они приобрели местный аромат. Когда длиннохвостых вернули под родной кров, они пахли не так, как раньше, и дома их ждала смерть. Как-то заметили, что крысы ощущают рентгеновские лучи. Даже такие слабые, какие излучает телевизор. Ничто живое вроде не может воспринять такое излучение, и все же феномен существовал. Недавно было получено правдоподобное объяснение — крысы будто бы чувствовали не сами лучи, а молекулы озона, порождаемые лучами.

Впрочем, крысы используют свой нос не только в качестве газоанализатора. Иногда он выполняет роль самой настоящей приманки. Вот странная и страшная история. Это случилось в Кировоградской области, на свиноферме. Поросята, родившиеся крепышами, вдруг объявляли голодовку, худели и умирали. Выяснилось, что есть они не могли из-за рваных ран языка. У некоторых Ниф-Нифов и Наф-Нафов кончик языка был словно бритвой отрезан.

Местная прокуратура возбудила уголовное дело. На ферме поставили охрану. А поросята продолжали гибнуть. Тогда устроили засаду прямо на месте преступления — возле свиноматок. Ночью дежурные увидели, как поросят уродовали крысы. Когда свиноматка легла на бок и начала кормить детенышей, в станке появились длиннохвостые изуверы. Они забрались на свинью и сели против головок сосущих поросят. Есть коровки, спины которых покрыты затейливым орнаментом.

К тому же божьи коровки носят не только красный или желтый костюм, есть среди них и приверженцы черного платья. Однако и оно пестрит пятнами. Кстати, точечная коровка — вегетарианец и вредитель: Лет пять назад английские энтомологи обнаружили, что яркие двуточечные божьи коровки, обитающие там, где в воздухе полно промышленной гари, темнеют. Подумали было, что они просто перепачкались или стали перекрашивать себя под цвет копоти, дабы стать незаметнее. Так, по крайней мере, поступают бабочки.

Но все оказалось и сложнее, и интереснее. У темных божьих коровок, вынужденных влачить дни в задымленной и загрязненной местности, немалое преимущество перед цветными собратьями. Секрет в том, что загрязненный воздух порой задерживает две трети солнечных лучей. Так вот, темные божьи коровки лучше нагреваются под скудными солнечными лучами, поэтому быстрее своих бледнолицых подруг раздобывают питание, быстрее находят супруга и лучше размножаются. Множество насекомых не тратят время и силы на окраску одежды: Для божьих коровок подобный путь практически невозможен — вегетарианцев среди них раз-два и обчелся.

Поэтому солнечным телятам приходится добывать краски в поте лица. Вероятно, черные и коричневые меланины они вырабатывают как побочный продукт при обмене веществ. А яркие красные и желтые пигменты — производные мочевой кислоты — синтезируются специально. Вот и выходит, что сияющим видом коровка обязана только себе. Зачем же такой яркий наряд? Да затем, чтобы не трогали. Говоря языком энтомологов, у коровок угрожающая или, что то же самое, предупреждающая окраска.

И предупреждает она о несъедобности. С этой несъедобностью знаком каждый: В ней яд кантаридин, обжигающий горло птицам, схватившим симпатичное насекомое. В другой раз они облетят коровку стороной.

Так что алая горошина далеко не беззащитна. Вот еще одно тому подтверждение. В Средней Азии обитает большущий ядовитый паук — тарантул. По ночам он вылезает из норы, чтобы раздобыть пропитание — жужелиц, сверчков Днем тарантул закусывает букашками, которые сами пришли к нему в гости, спасаясь от нещадно палящего солнца. Но божья коровка и тарантулу не по зубам: Такое невежливое обращение не огорчает коровку: А может, у тарантула и коровки есть нечто общее?

Но чтобы разобраться, сперва надо рассказать, как дышит наша героиня. Знаете ли вы, где у нее ноздри? Как и у других насекомых, дырочки для вдоха воздуха бегут по бокам от головы до конца если у крошечного каравая можно обнаружить конец. От любой ноздри отходит трубочка. Внутри тела она разветвляется и подает воздух прямо к месту потребления — к тому или иному органу. Не правда ли, удобно? Не только удобно, но еще и полезно: Благодаря ноздрям, разбросанным по телу, с кровеносной системы букашки снята тяжкая нагрузка по доставке кислорода к тканям.

И у божьей коровки не сердце в нашем понимании, а лишь трубочка, которая, лениво сжимаясь, прокачивает кровь — гемолимфу. Этого достаточно, чтобы снабдить закоулки алого хищника растворенными в лимфе питательными веществами. Вот и выходит, что милая букашка практически бессердечна. Впрочем, для нее бессердечие не в тягость. Напротив, ей не грозит ни инфаркт, ни гипертония. И еще об одном, правда, не совсем доказанном свойстве насекомых: Будто у них никогда не болит голова и живот, будто им не больно расшибить ногу о камень.

Если это так, то помятая божья коровка, выскользнув из клюва птицы, ошарашенной кантаридином, не будет страдать, мучиться. Наши предки, не в пример птицам, коровок не выплевывали. Наоборот, живую букашку запихивали в больной зуб или раздавленным жучком натирали дёсны.

Запасливые лекари зимой держали божьих коровок в продырявленной коробочке с травой и землей, а гомеопаты делали вытяжку из 80 жучков в одной унции спирта. О том, хорошо ли коровки снимали зубную боль, в старинном фолианте, где я это прочитал, не написано.

Нет и объяснения лечебного эффекта. Может, как-то действовал кантаридин? В былые времена божьими коровками спасались и от кори.

Вероятно, такой стойкостью кантаридин обязан не только прочной молекуле, но и тому, что он легко кристаллизуется и плохо растворяется в воде. Ядовитым кантаридином божья коровка защищена отменно, и бояться ей почти некого. Под нее даже маскируются, наряжаясь в похожее платье, другие жуки и пауки: Увы, нет в мире совершенства: Неужели голодная змея заинтересовалась жуками? Кобра съела жабу, а та, прежде чем попасть к змее в зубы, наглоталась божьих коровок. Благодаря кантаридиновой защите численность божьих коровок в основном зависит от обилия корма — тлей.

Больше тлей — больше и потребителей. В голод поголовье букашек редеет. И не странно ли, что иногда коровки капризничают, отказываются от корма, вполне сносного с нашей точки зрения? Вот коротенькая история о чудаковатой коровке родолии, знаменитой тем, что она спасла цитрусовые плантации нашей и других стран, когда на деревья набросился страшный вредитель, случайно завезенный из Австралии, — желобчатый червец.

Этот червец не боялся даже такого яда, как синильная кислота. Удостоверившись, что химикаты скорее погубят деревья, чем уничтожат вредителей, решили прибегнуть к услугам родолии, которая в Австралии испокон веков воевала со зловредным червецом. Правда, к нам были привезены не коренные обитатели, а родолии эмигранты, жившие в Африке. Маленькие хищницы ехали со всеми удобствами в отдельной каюте, где в кадках стояли лимонные деревья. На деревьях кишел обед — червецы. На этом пастбище и паслись коровки, а чтобы они не разбежались, деревья окутали тончайшей сетью.

Коровки благополучно переехали на новое место жительства, где сперва их поселили в оранжереях. А уж потом увеличившееся стадо выпустили на Черноморском побережье Кавказа. Личинки родолии вовсю пировали яичками и взрослыми червецами. Возле Сухуми строптивые червецы, спасаясь от коровок, поменяли адрес — перебрались с цитрусов на испанский дрок. А между тем у солнечных телят завидный аппетит — в день каждому нужно по полсотни тлей.

Не жалуются на отсутствие аппетита и личинки божьих коровок: Чтобы утолить голод, личинки порой закусывают гусеницами. Меню взрослых жучков иногда можно разнообразить.

Например, в Японии, где тли причиняют немалый ущерб полям и садам, божьих коровок выращивают в лаборатории, а потом выпускают на волю. Букашек в лаборатории холят и лелеют. Даже кормят не тлями, а высококалорийными личинками пчел.

Коровки не остались в долгу — начали давать в год по две тысячи потомков обычно они откладывают по — яичек. В нашей стране тоже подстегивали аппетит и плодовитость божьих коровок. Яхонтов скрестил семиточечных коровок из окрестностей Ташкента и Поволжья.

К сожалению, пока не удалось убедить божьих коровок заниматься продолжением рода круглый год. В США поступали проще. После второй мировой войны там процветала фирма, заготавливавшая впрок божьих коровок, зимовавших где-нибудь в горах. Летом фермеры, не желавшие прибегать к ядохимикатам, покупали коровок 6—8 долларов за килограмм и с их помощью объявляли биологическую войну сельскохозяйственным вредителям.

Только лишь садоводы штата Вашингтон в году бросили в бой пять тонн божьих коровок. В жизни коровок еще много неясного. Так, непонятно, для чего они собираются на посиделки.

Может, они любят побыть в обществе? Но что за удовольствие собраться тысячной толпой и сиднем сидеть, ничего не делая? Знаменитый французский энтомолог Ж. Фабр с удивлением разглядывал часовню, облепленную красными божьими коровками. Теплым июньским днем на берегу Байкала биолог О. Гусев встретил многокилометровую узкую живую ленту.

По его подсчетам, на каждом километре байкальского берега сидело именно сидело, а не копошилось по божьих коровок. Особенно густо букашки облепили камни возле самой воды.

И что примечательно — на это странное собрание явились коровки десяти видов! Вот как очевидец доложил о событиях: Время от времени какой-нибудь жучок поднимался в воздух и улетал в лес. Вспомните — в начале рассказа были строки про зимующую толпу божьих коровок.

Эту их привычку можно объяснить с помощью замечательного и многогранного явления — эффекта группы. Вот его суть применительно к нашей ситуации. Когда жуки и другие любители зимнего сна как бы чувствуют локоть соседа, зима переносится легче: А зачем собираться гурьбой в погожие летние дни? Но мрак все же рассеивается. Фоменко не без удивления заметили, что толпятся не только взрослые коровки, но и личинки.

Они по стволу дерева тянутся друг к другу, когда приходит время менять шкурку. Даже в пробирке одинокая личинка ползет линять в одно и то же место. Наверное, тут сохраняется пахучая следовая метка.

И вот чудо — если личинка переодевается не в одиночестве, а, так сказать, на людях, скорость ее развития меняется. Не правда ли, странно?

Однако посиделки взрослых жучков, возможно, чреваты более серьезными последствиями: А из этого следует прямо-таки невероятный вывод: Вот бы узнать, какие здесь отдаются команды, узнать, как коровки справляются со своим демографическим взрывом.

Хочется знать и многое другое. А вот еще одна странность. В году семиточечные божьи коровки, проживавшие в Воронежской области, исправно уничтожали тлей, терзавших редис и редьку. К осени коровки тлей съели, и начался голод. Тогда жучки, чтобы хоть как-то накопить запасы на зиму, набросились на наливающиеся семена редьки и редиса. Листья же, стебли и цветы их не интересовали.

Изредка божьи коровки ведут себя совсем нехорошо, прямо-таки звереют. Бывало, в погожие дни на пляже под Севастополем тучи букашек шлепались на разомлевшие людские тела и норовили побольнее укусить. Люди словно от жалящих пчел, улепетывали в воду.

Такое случалось не только в Севастополе. И все-таки божьи коровки не стали притчей во языцех — уж больно миловиден крошечный хищник. И не только миловиден, но и полезен, незаменим. Мозг муравья есть один из самых удивительных комплексов вещественных атомов, может быть, удивительнее, чем мозг человека.

Нервные узлы мозг муравьев совсем крошечные — гораздо меньше булавочной головки. И все же муравьев издавна считают мудрецами. В старые времена в Киргизии человек, задумавший доброе дело, шел ночевать к муравейнику — это сулило удачу. И если киргиз хотел сделать много добра, он мог приходить к одному и тому же муравейнику 20 лет кряду — таков обычный срок жизни самки, вокруг которой хлопочет весь муравьиный народец. А муравьиные постройки, где молодые самки сменяют старых, стоят па одном и том же месте более ста лет.

Скромный рабочий муравьишка тоже старец среди насекомых — он трудится не покладая ног около семи лет. А за этот срок можно научиться не только разводить грибы, доить тлей или нянчить куколок.

Ведь его поведение в основном запрограммировано генетически, управляется наследуемыми рефлексами. И все же муравья можно учить. Муравьишка, только что появившийся на свет, вернее, на тьму поскольку в муравейника довольно темно , первые сорок дней не переступает порога родного дома. Он как бы пребывает в начальной школе: Однако его трудовая биография начинается много раньше — едва ему стукнет от роду один день.

Сначала он кормит самку, потом ему доверяют работу посложнее: Через сорок дней эксперименты ставили с Формика поликтена начинаются так называемые возрастные изменения максиллярных желез и яичников, муравьи выходят из гнезда — становятся фуражирами или специализируются по строительной части. Можно стать солдатом или нянькой, можно устроиться и на работу, которая мне лично очень нравится, — загорать на солнышке. Только и тут муравьи устраивают суматоху: Так что и загорают муравьи на благо общества.

Температуру же они меряют усами, которые чувствуют перепад всего в четверть градуса. И как здесь не вспомнить Маяковского: Тем более что муравьев распределяют по должностям именно по вкусу: Муравьи то и дело облизывают и кормят друг друга. Бесконечный поток органики, текущий изо рта одного муравья в рот другого, сравнивают с током крови в теле высокоорганизованного животного.

Это не такое уж преувеличение. Ведь при взаимных кормлениях среди муравьиного народца перераспределяются не только питательные вещества, но и ферменты и гормоны.

Даже муравьиные яйца не погибают лишь тогда, когда их любовно облизывают муравьи-няньки, слюна которых с помощью осмоса попадает внутрь яйца. Свой пай в общий котел вносят и личинки. Они возвращают часть еды, выделяют какое-то вещество, которое жадно слизывают взрослые муравьи. Судя по всему, муравьи неплохо разбираются в химическом составе еды: Углеводное горючее потребляют только рабочие особи, причем в первую очередь снабжаются муравьи, занятые вне гнезда.

Протеины в меню тружеников попадают редко. Зато личинки и плодящие самки сидят целиком на белковой диете. Но мы отвлеклись, покинули нашего сорокадневного муравьишку, который в первый раз хочет выйти на улицу. Уходить из дома, вероятно, страшновато, и не потому ли молодежь перед этим ответственным моментом собирается гурьбой, топчется около выхода. Лишь набравшись духу, муравьишки все разом выбегают на поверхность. Вот еще один психологический нюанс: Муравей не может жить один.

И страдает он не только от голода. Ненасытные хищники — рыжие лесные муравьи вдвоем протянут гораздо больше, чем в одиночку. Но чтобы жить по-настоящему, необходимо не менее десяти товарищей. Работается в одиночку тоже плохо — изолированные муравьи роют песок вяло, кое-как, а в группе копошатся с вдохновением и высочайшей производительностью.

Кто не, видел, как несколько муравьев, уцепившись за одну соломинку, тянут ее, словно лебедь, рак да щука. Но эта нескладная ситуация встречается лишь тогда, когда ноша легкая.

Если нужно тащить что-то тяжелое, муравьи быстро согласовывают свои действия и не мешают друг другу. Специальные измерения подтверждают это. Присутствие друга как бы прибавило силы. Однако не следует думать, будто муравьи без роздыху хлопочут с утра до ночи. Отнюдь нет — четверть рабочего времени они тратят на уход за своей собственной персоной: А знаете ли вы, как муравьи спят?

Не заинтересует ли вас картина, нарисованная Д. Конечно, не стоит ручаться, что именно так спят все муравьи. Но, право, стоит заглянуть хотя бы в одну опочивальню: Когда они просыпаются примерно после трех часов отдыха , их поведение чрезвычайно похоже на поведение только что проснувшегося человека. Они вытягивают голову и ноги во всю длину и часто встряхивают ими.

Не прочь муравьи и побаловаться, поиграть в салочки. Один из муравьев прибегает в камеру, где находятся несколько других рабочих. Остановившись посередине камеры, муравей поднимается возможно выше на всех шести ногах как бы становясь на цыпочки и начинает мелко дрожать. После этого один-два муравья приближаются к нему с раздвинутыми мандибулами и делают несколько угрожающих движений.

Далее в игре остаются, как правило, двое. Они начинают бегать друг за другом инициатор чаще убегает , иногда устраивают короткие схватки.

Муравьи старательно возятся, после чего отпускают друг друга и погоня продолжается. После окончания игры партнеры долго чистятся рядом. Во всех наблюдениях у Формика сангинея в играх инициаторами выступали муравьи, занятые вне гнезда.

Иногда один и тот же муравей-инициатор поочередно играл с несколькими муравьями. К сожалению, не все развлечения невинны — муравьи иногда пьянствуют. Чтобы понять, как они напиваются, нужно небольшое отступление. В муравейниках проживает множество насекомых, которых обычно подкармливают сами муравьи. В качестве платы за стол эти постояльцы вносят разнообразие в муравьиное меню. А жук-ломехуза своими эфироподобными выделениями просто-напросто спаивает их.

И пьяная братия, у которой падает чувствительность усиков, бросает работу, холит и лелеет жука-отравителя, пожирающего их куколок и личинок. Подумать только — шестиногие алкоголики а может быть, наркоманы отдают на растерзание своих детей! Пораженный ломехузоманией муравейник, конечно же, быстро вымирает. Если хорошенько разобраться, у муравьев можно насчитать не один порок. Есть же среди них виды, которые всю жизнь профессионально занимаются воровством. И есть уж совсем нехорошие с социальной точки зрения муравьи — рабовладельцы.

Но не будем бичевать эти язвы муравьиного общества. Лучше поговорим о другом. Поговорим о муравьиной изворотливости. Если молодая муравьиная самка по неопытности забралась в сырую низину и основала там муравейник, его обитатели, чтобы не шлепать по лужам, строят шоссе из хвои. В Подмосковье подобные автострады возвышаются над землей всего на 2—4 сантиметра, однако по ним можно ходить, не замочив ног. А это весьма важно, ибо, как гласит старинная пословица, для муравья и капля — озеро.

Но это еще что — в научной литературе дано описание совсем уж невероятного случая самозащиты. Одному из исследователей пришло в голову три года подряд облучать муравьиную дорогу гамма-лучами.

Муравьи а они ощущают радиоактивные и другие излучения не ушли с насиженного места. Чтобы гамма-лучи меньше портили им настроение и здоровье, они построили над дорогой крышу длиной в 12,5 метра. Однажды двух рабочих муравьев Формика перенесли на платформочку, где лежала кучка личинок. Один муравей растерялся в незнакомой ситуации и ушел.

Другой оказался более смышленым — принялся таскать личинки. Тогда опыт усложнили — личинки спрятали за непроходимым барьером, через который время от времени перекидывали мостик. Муравей оказался на редкость толковым субъектом — терпеливо ждал, пока перекинут мостик! Выходит, что под одинаковыми хитиновыми мундирами скрыты разные психические возможности.

Специалисты полагают, что совершеннейшая система передачи информации контакты усиками и т. Так что про муравьев с полным правом можно сказать: Но среди тысячи лучше всего старые головы, ибо старые муравьи — не что иное, как хранилища информации. У рыжих лесных муравьев пожилые мудрецы работают на самом верху — трудятся на куполе в качестве наблюдателей. Однако и не столь умудренные жизненным опытом фуражиры, копошащиеся внизу, могут блеснуть интеллектом.

Однажды рядом с муравейником поставили аппарат, в котором было две нитки. Дергая за них, муравьи открывали шторки. Дернув за одну нитку, они могли добраться к сахарному сиропу, а за второй шторкой ничего вкусного не было. Стоило шестиногому мудрецу добраться до сиропа, как за нитку наловчились тянуть и другие. Но ее дергали в три раза реже. Тогда, чтобы сбить муравьев с толку, начали переставлять сироп с места на место.

Это сильно поубавило муравьиный энтузиазм, и нитки подолгу висели без пользы. Когда же сироп вернули на первоначальное место, работа опять закипела. Недавно выяснилось, что муравьи быстрее всех насекомых, быстрее рыб и лягушек обучаются находить правильную дорогу в лабиринте. Правда, тут им может помогать муравьиная кислота, которая идет в дело не только как оборонительное и наступательное оружие, но и как метка для следов.

Муравьи столбят дорогу и остро пахнущими кетонами, вернее, их летучими компонентами с короткой углеродной цепочкой. Весьма любопытно, что химическое строение секретов анальных желез муравьев одного и того же вида, но проживающих в разных муравейниках немного отличается по составу.

Так что, вероятно, у каждого муравейника свой аромат. Химическое изучение муравьев еще только начинается. Но уже сделаны немаловажные открытия. Оказалось, что представители некоторых видов муравьев, опрыскав врага муравьиной кислотой, поливают его смесью цитронеллаля и цитраля в отношении 9: Эти вещества не только ядовиты сами по себе, они еще способствуют проникновению муравьиной кислоты сквозь наружные покровы врага.

Из муравьев выделено вещество, которое убивает возбудителей холеры, тифа и туберкулеза и безвредно для человека. К сожалению, в желтоватеньком полупрозрачном тельце крошечного фараонова муравья его габариты не превышают 2,5 мм бактерицидных веществ, вероятно, нет. А между тем именно в их тощих фигурках находили страшные гнилостные бактерии. И самое плохое то, что человек невольно распространил это шестиногое бедствие вместе с перевозимыми товарами.

Ныне этих опасных соседей горожане обнаруживают в чистом белье и в банке с вареньем. В европейских клиниках фараоновых муравьев видели даже среди хирургических инструментов, недавно вынутых из стерилизатора.

Ведь их фуражиры могут добывать пропитание не только в той квартире, где им объявили войну. Даже потерпев сильный урон, фараоновы муравьи быстро восстанавливают свое поголовье: Гнезда же эти теплолюбивые создания имеют обыкновение устраивать в толще фундамента или под теплой котельной, откуда их не выкуришь и парами синильной кислоты.

И все-таки как прогнать муравьев? С фараоновыми, вероятно, можно справиться лишь сильными ядами, хотя рекомендуют вот такую самодельную вкусную отраву: Это надо смешать и растворить на слабом огне.

А потом открытый пузырек с губительной приманкой оставить там, куда наведываются муравьи. Случайно я наткнулся на пузырек с "Ангарой", антикомариной жидкостью. Я смочил препаратом тампон и протер стены квартиры и все стенки шкафов. Такую обработку я провел еще два раза с интервалом 3—4 дня. Результат превзошел все мои ожидания: Вообще же уверяют, будто муравьи терпеть не могут безобидного для нас запаха листика петрушки, что их отпугивает нафталин, что они избегают густого меха, кусочек которого, засунутый в щель волосами внутрь, делает квартиру недоступной.

Не лучше ли просто заделать все щели? На городском асфальте, в деревянных строениях, в саду, неподалеку от крыльца, а то и в поле на глаза лезет черный садовый муравей. И тоже нежеланный гость — разводит тлей, вредящих правда, не сильно садовым растениям.

Есть муравьи, претендующие на наши урожаи. В начале века в степях Заволжья подсчитали, что муравьи-жнецы утащили с гектара 53 кг зерна. А сколько горя приносит нашествие бродячих муравьев! После их визита в поселках не остается ничего живого, даже крыс. И как хорошо, что эти муравьи бродят далеко от границ нашей страны.

Говорят, в семье не без урода К сожалению, в муравьиной семье, насчитывающей видов, с нашей точки зрения, уродов немало.

Однако без этой семьи биосфере не поздоровилось бы. Например, в Южной Америке в основном муравьи взяли на свои плечи почвообразующую роль дождевых червей. А сколько похвал расточает пресса нашему рыжему лесному муравью — Формика руфа. В их конусообразном доме ежедневно исчезает килограмм насекомых, многие из которых вредоносны для леса.

И совсем не зря знаменитый эколог Реми Шовен предлагает одомашнить рыжего лесного муравья, использовать его неуемный аппетит в сельском хозяйстве. Этого муравья можно выдрессировать так, чтобы он охотился за определенными видами насекомых, подобно тому как дрессируют пчел брать взяток с какого-либо одного цветка. Иными словами, рыжий муравей имеет шансы стать живым инсектицидом избирательного действия. А чтобы он не увлекался разведением тлей, его можно подкармливать сахарным сиропом, который заменит выделяемую тлями сладкую медвяную росу.

Мариковский предложил другое, очень неожиданное использование муравьев. Наблюдая за муравьями-жнецами, в изобилии населяющими казахстанские степи, он убедился, что шестиногих жнецов вернее, их химические выделения можно употребить для селекции растений и хранения зерна.

Не наивно ли это? Жнецы, срезав семена пшеницы, лебеды или мятлика, утаскивают их под землю, во влажные кладовые. Там всегда хлопочут дежурные: И вопреки своей природе мокрые семена спят, не трогаются в рост и не плесневеют. Но стоит семена перенести в лабораторию, как они начинают буйно, неудержимо расти.

Кто знает — может быть, это еще неизвестное биохимикам вещество способно влиять и на развитие тканей человека? Все начинается с того, что рожденные ползать отправляются в небо. Вездесущие садовые муравьи эту летательную манипуляцию проделывают ранней осенью. В воздух почему-то обычно после дождя взмывают самки и самцы, обретшие крылья. Судьба самцов огорчительна — после брачного полета они уходят в мир иной.

А самка обламывает крылья и ищет подходящую жилплощадь для нового муравейника: На первых порах жизнь у нее совсем плохая — голодная и холодная. Долгие месяцы в одиночестве она ждет лета. В холода оцепеневает, а в теплые дни, чтобы не помереть с голоду, пускает в ход резервы организма: Но голод не тетка, и самка съедает почти все отложенные ею же яйца.

Поэтому из обширного потомства к весне выведется лишь 2—3 чахлых рабочих муравья. Они и берут ее на содержание, подкармливают маму. Когда муравейник разрастется, у самки наступит очень сытная и очень скучная жизнь — в тесном подземелье надо откладывать яйцо за яйцом. Самки других видов бывают более запасливы: А куда деваются умершие муравьи?

Великое их множество гибнет в желудках птиц, медведей или во время междоусобных сражений. Про такой конец говорят, что смерть на миру красна. Бывает, что стариков, не выдержавших зимовки, весной попросту выбрасывают на свалку; так, например, поступают муравьи-жнецы. А у некоторых видов муравьи, помирающие от болезней или старости, предпочитают кончать свой век в уединении.

Знатоки вопроса пишут, что муравей, зараженный грибком или близкий к гибели по какой другой причине, вечером тихонько уходит из гнезда. Он как бы не хочет огорчать товарищей. Обреченный муравьишка влезает на травинку, словно прощается с заходящим солнцем. Так, покачиваясь на ветру, он проводит последние день-два своей жизни. Вряд ли хотя бы одна хозяйка хохотала, встретив таракана на кухне. Увидев жидконогую букашечку, хозяйки скорее всего вспоминали другие строки Чуковского: Увы, тараканы не проваливаются, а по кухне похаживают, сытое брюхо и усы поглаживают.

На первый взгляд самодовольные твари выглядят чистюлями — уж больно они следят за усами. Если им помешать чистить усы, они примутся за ноги — будут их то и дело поглаживать. Но нам от тараканьего туалета проку нет: А микробов они подхватывают немало: Едят они и гуталин, и овощи, и книжные переплеты, склеенные клейстером, но особенно падки на пиво. Тараканы обожают пиво, но и от закуски не отказываются.

Верхняя пара их челюстей служит для топорной работы, менее же мощная вторая пара предназначена для тонкого дела. На ней множество крошечных зубов и щетка для особо важной процедуры — чистки усов. Более того, усатые обжоры жуют не только ртом; они жуют и то, что проглочено,- тараканий желудок оснащен хитиновыми зубцами и сильными мышцами.

Если с пропитанием плохо, если мусорное ведро пусто, а на столе не валяются хлебные крошки, то и тогда тараканы не поднимут лапы — в теплой кухне натощак проживут месяц. Вообще-то, у тараканов почтенный возраст — около трехсот миллионов лет. В необозримо далеком прошлом они пристрастились к теплу и влажному полумраку в ныне не существующих древних лесах. Теперь влагу и тепло им дарит кухня. С полумраком тоже нет затруднений — днем они отдыхают в щелях и выходят на промысел, когда хозяева квартиры гасят свет и ложатся спать.

Чаще всего нам досаждают прусаки — рыжие твари сантиметрового роста — и черные иначе восточные тараканы, которые вдвое крупнее. Черный таракан не так уж и велик, например, в Южной Америке водится таракан длиной с палец. Названия кухонных тараканов отражают географические позиции, откуда они начали наступление на мир. Когда черный оккупант появился на Руси, доподлинно неизвестно.

В то время у тараканов была дурная привычка прятаться под воротники и в вещи завсегдатаев харчевен. Этих прилипчивых субъектов невольно и принесли домой русские солдаты, воевавшие против армий Фридриха.

Так это или иначе, но ранее ни в Москве, ни в Петербурге рыжих тараканов не было. Впрочем, в достоверности давнишних свидетельств можно убедиться со слов некоего Таннера, побывавшего в XVI веке в Москве. Ни больше ни меньше Как ни странно, тараканам на Руси подчас жилось вольготно — молва наделила докучливых нахлебников таинственными качествами.

Уверяли, будто появление в новой избе черных тараканов сулило богатство. Прусаки тоже якобы приносили добро. И не дай бог, чтобы тараканы из дома побежали — будет пожар. Кажется, что тараканы носятся как угорелые. Однако тараканья скорость невелика: Но километр они не пробегут — сил не хватит.

А вот если б были соревнования по протискиванию в щелях, то тараканы вошли бы в первую пятерку. Эту их ловкость иногда использовали моряки. Привязав к таракану ниточку, запускали его в немыслимые переплетения труб и переборок — туда, куда нужно было протащить трос или кабель.

Таракан выволакивал нитку, потом его отпускали или давили каблуком, а к нитке привязывали верёвочку, к верёвочке — трос. И нужный кабель ложился в нужное место. Пожалуй, моряки не обращались к тараканам со словами благодарности.

Что, кроме проклятий, можно ждать от человека, когда он, вскрыв в трюме мешки с провизией, вместо зерна находил вонючие полчища усатых тварей? Неприятный тараканий запах выделяют особые железы. В книге про насекомых — паразитов человека К. Фриш писал, что тараканья голова выглядит так, будто вмещает мозг мыслителя.

Увы а может, к счастью , за внушительным лбом ничего особенного не скрыто — мозг таракана крошечный. Да и вообще безголовый таракан проживет дольше самого головастого, если обоих не кормить. Так что и без головы жить можно. И все-таки усатые кое-что соображают. Например, можно научить их отдергивать лапу по сигналу. Кроме того, как говорят энтомологи, у тараканов есть исследовательская активность.

Если прусака пустить на белую вертикальную планку, он станет ее изучать: Постепенно пробег укорачивается — таракан ознакомился с обстановкой. Если его пересадить на точно такую же. На это влияет и состояние духа: Главный исследовательский инструмент — усы. Положив этот инструмент под микроскоп, мы увидим, что он не монолитен, а построен из множества члеников с крошечными отверстиями, из которых торчат тонюсенькие осязательные щетинки.

Под основанием щетинок расположена нервная клетка. Она и сигнализирует о соприкосновении. Щетинки разбросаны там и сям и по тараканьему телу; благодаря им существо с твёрдым наружным покровом осязает окружающий мир.

А вот усами таракан не только щупает, они рассказывают ему и о запахах, так что усы — еще и нос. Правда, нос неполноценный — нюхать можно, а дышать нельзя. Тараканы, как и божья коровка и другие насекомые, дышат брюхом. И если тараканью голову окунуть в воду, ее владелец не задохнется.

Усы нужны и для установления контактов; тараканы здороваются антеннами. Если у молодых прусаков остричь, сбрить или оборвать усы, шестиногие отроки чувствуют себя одинокими, покинутыми и резко замедляют рост, хотя видят, что вокруг копошатся соплеменники. Не чудаки ли — своим глазам не верят? Может, без усов они предаются углубленному самоанализу? Если и не психологические, то биохимические анализы идут полным ходом. Иначе безусая молодежь не прибавляла бы в росте, когда в корм примешивали чуточку экскрементов других прусаков, то есть не росла бы по сигналу живота.

Яйца, из которых вылупляются личинки, тараканьи самки упаковывают в крепкую плоскую оболочку, вроде портсигара. Там каждое яичко лежит в особом отсеке, чтобы не повредилось. Черная тараканиха роняет капсулу куда попало, а рыжая терпеливо таскает ее почти месяц, пока не разовьются зародыши. И все это время портсигар, или, как его называют в простонародье, чемоданчик, торчит из ее хвоста.

Хотя и не элегантно, зато надежно — дети не брошены на произвол судьбы. Это и есть яички, в которых развиваются маленькие тараканчики. Когда придет время выползать им из яичек, тараканиха заберётся в щель, задними ногами отцепит багаж и станет над ним хлопотать. Как только она отгрызет боковой рубец, из образовавшихся отверстий начнут выползать беленькие, длинненькие козявки с ножками и чёрненькими глазками.

Тараканиха заботливо оглаживает новорожденных усиками и подгоняет к заранее припасённым съестным крошкам. Стоит таракашкам немного поесть, чтобы сделаться неузнаваемыми: Несмотря на то, что самка оплодотворяется только раз в жизни, она вынашивает три-четыре чемоданчика.

Личинки в зависимости от невзгод или благодати могут прожить от пяти месяцев до пяти лет. Взрослые же тараканы больше полугода не протянут. К голоду эти шестиногие захребетники не особенно привычны — больше сорока дней не выдерживают, уходят в мир иной.

Но у кого кухонное ведро пустует столько времени? Такая стойкость и родительские хлопоты идут вразрез с нашими интересами. Этим порошком посыпают места, обжитые кухонными постояльцами. По мере его высыхания нарастают тонкие кристаллики ядохимиката.

Вытирая тряпкой пыль, мы сотрем и крошечные кристаллики. Однако печалиться не надо — они нарастут вновь. За границей в поисках противотараканьего оружия обратились даже к электричеству: Заползая в щель, таракан замыкал провода и прощался с жизнью. Но вероятно, все это хорошо лишь на бумаге.

Усатые твари оккупировали все помещения военного ведомства США, все штабы и службы, появились даже на вертолётах. И Пентагон, тративший на тараканов больше 20 миллионов долларов в год, сдался, прекратил борьбу. Не лучше ли воевать с усатыми пришельцами старыми добрыми дедовскими способами? Вот один из ходовых рецептов: Откушав это блюдо, тараканы кидаются на поиск воды: И чтобы пришел успех, нужно отрезать пути к водопою.

Деды и бабушки заманивали тараканов и в ловушки, где благоухал смоченный пивом хлеб. А чтобы тараканы не могли выбраться, не удрали, бортик высокой посуды смазывали каким-нибудь жиром. Пойманных вредителей поливали кипятком.

Били тараканов и противоположным способом — морозом. На Руси не раз бывало, когда в трескучие морозы крестьянин со всей семьей перебирался к соседу на пару дней, а в осиротевшей избе отворяли настежь окна и двери.

Вернутся хозяева домой, выметут кучи дохлых тараканов и живут припеваючи, пока не притащат ненароком из гостей тараканиху на племя. И вот в пирогах и щах снова появляется шестиногая приправа. А может, с тараканами сладит бузина? Вот как в году взаимоотношения бузины и тараканов обрисовал один из зачинателей российской агрономии А.

Случилось не нарочно одной хозяйке внести в избу бузиновый цвет, чтобы высушить для лечебных целей. В избе хозяйки было огромное множество черных тараканов. Не успели тараканы услышать бузиновый дух, как пошли всей гурьбой из избы вон и прямо в конюшню Из любопытства смышленая хозяйка быстренько перенесла цвет бузины в оную конюшню, куда тараканы перебрались. Надо думать, смышлёная хозяйка и словом не обмолвилась с соседом о своем эксперименте.

Тараканы охотно лезут в примитивную ловушку, сделанную из дерева или фанеры. В ловушке-ящичке высотой 1—2 см размеры примерно 20X30 внутри нужно устроить опять-таки из деревянных планочек нечто вроде лабиринта. Если это пристанище, шикарное с тараканьей точки зрения, засунуть за батарею или положить возле газовой плиты, насекомые почти сразу же начнут справлять там новоселье.

Не спешите — надо подождать, пока они обживутся, пропитают ловушку своим стойким запахом. А потом по вечерам не утром! Ловушку же верните на место — тараканий запах заманит в нее не только своих, но и пришельцев из мусоропровода. Однако и в малоприятных тараканах все-таки можно найти привлекательные черточки. Так, физиологи, изучая тараканьи нервные узлы ганглии , узнали немало нового.

Опыты были самые разные. То тараканьи глаза покрывали черным лаком, а потом следили, что случится с биоритмами, то насекомое вообще лишали головы и безголовое туловище хирургически соединяли с телом нормального таракана, чтобы узнать, как и какие гормоны влияют на поведение. Может случиться и так, что тараканов будут сушить, делать из них лекарство и продавать в аптеках.

Начинается статья за упокой — к давно известным тараканьим грехам прибавился еще один: Не правда ли, странно — тараканы и насморк? Но еще более странно то, о чем журнал рассказал дальше. Ребенок в буквальном смысле слова превратился в мешок с водой.

Спас дитя профессор, приглашённый на консультацию. По его совету в больничной аптеке из высушенных чёрных тараканов приготовили необычное лекарство. И отеки у больного стали опадать. Это не новость, а хорошо забытое старое — еще в прошлом веке была защищена докторская диссертация о сильнейшем мочегонном действии чёрных тараканов. К сожалению, какие именно вещества из тела усатого лекарства целебны, неизвестно и по сей день.

Надо бы исследовать и действенность других народных снадобий. Все их не перечислить. Пишут, что на Руси порошок из тараканов шел в дело при лечении плеврита. На Ямайке к услугам насекомых прибегали совсем в других случаях: В Юго-Восточной Азии было в ходу тараканье лекарство для срастания костей. В других краях замачивали бинты в прокипячённой тараканьей вытяжке, чтобы раны быстрее заживали. А если и на самом деле тараканы способны на такие добрые дела? Не оправдается ли хотя бы частично поговорка: Если бы это изречение было верным в прямом смысле слова, земная суша сплошь была бы завалена конским волосом, овечьей шерстью, шкурами медведей и перьями птиц.

Траве негде было бы пробиться сквозь отслужившую одежду мириад животных. Природа не допустила такого ужаса — от волос и перьев планету очищают невзрачные бабочки, вернее, их гусеницы.

Иными словами, у моли дел было по горло и в те времена, когда на Земле еще не строили дома, не ткали ковры и не вязали свитера: И если бы Остап Бендер, добрая душа, знал, скольких насекомых он оставил без обеда, его, может, и не увлекла бы скупка рогов и копыт.

Рога и шерсть сделаны из на редкость прочных кератинов. Это весьма странные белки. Необычны они потому, что длинные полимерные молекулы скреплены мостиками из атомов серы.

Такой мостик не могут разрушить кислые желудочные соки животных, здесь нужно щелочное пищеварение. Как раз таким пищеварением и обладают гусеницы моли. Горькие пьяницы — тараканы ради глотка пива лезут в бутылку.

Моль же существо целомудренное, на дно бутылки не заглядывает и неукоснительно придерживается сухого закона. За всю жизнь она ничего, никогда и нигде не пьёт. Однако ничто живое без воды обойтись не может, даже моль: Гусеницы восковой моли, обитающие в ульях, добывают воду химическим путём при окислении воска.

Наших ближайших соседок — платяную, комнатную, мебельную и прочих молей тоже не мучает жажда. Воду они делают внутри себя из совершенно сухой шерсти.

Еда всухомятку, таким образом, оборачивается ещё и питьем. Кто не гонялся за порхающей молью, стараясь ее прихлопнуть! Даже зная, что это бесполезно, всё равно не выдерживаешь и следишь за неровным полётом комнатного вредителя, чтобы раздавать тщедушное тельце. Если невзрачная бабочка упорхнула — не отчаивайтесь.

Вреда она не причинит. Она уже сделала всё, что могла. Во-первых, крылатая моль по весьма уважительной причине не только не пьёт, но и не ест — у нее нет рта. Она быстро умирает истощённой: Во-вторых, страсть к полёту обуревает самцов их обычно в два раза больше, чем самок. Самки же ленивы потому, что их фюзеляж заполнен яйцами и на такую же, как у самцов, поверхность крыльев приходится удвоенная нагрузка. Выходит, что, раздавив жирненькую ползущую моль, вы тем самым прикончите сто будущих молей, а прихлопнув летуна, который уже побывал на свидании с грузной супругой, не убьёте ничего: Какая нелепость — ел, ел, а умер от голода.

С нашей точки зрения, моль питается несъедобными и невкусными вещами. Впрочем, близкие родственники молей, порхающих в комнате, живут не только в копытах буйволов, но и в кустах роз, и внутри яблок.

Рыжеватый червь, гложущий яблоко, не что иное, как гусеница моли, только не тех видов, что живет в комнате. Поэтому небесполезно знать, что на отороченных нежной бахромой крыльях платяной и мебельной моли нет пятнышек, а золотистые крылья шубной моли украшают три-четыре коричневые точки. И вот что удивительно: То есть пока шуба лежит в сундуке. Голодную зимнюю пору эта моль проводит на потолке или карнизе. Хитрая гусеница спит, когда шубой пользуется человек. Едва вылупившись на свет и немного закусив, гусеницы шубной и прочих молей строят индивидуальный домик — трубочку.

Жильё сооружается из быстро твердеющей шёлковой нити вот чудо: Шёлковая ниточка тянется изо рта, из специальных прядильных желёз. Снаружи же шёлковый домик умело маскируется шерстинками, выкусываемыми гусеницей из шубы или пиджака, на котором она поселилась.

Соорудив жильё, моль принимается за массированное уничтожение шерсти. Далеко отлучаться от дома она побаивается, и когда вокруг всё съедено, просто удлиняет трубочку. Если же ткань гусенице не по нутру, она скрепя сердце перебирается в более благодатное место. Странствует осторожно, не быстрее сорока сантиметров в час. Чтобы спуститься или забраться повыше, гусеница прикрепляет шелковую нить то справа, то слева и перекрещивает её.

Получается довольно сносная лестница. Даже в самом вкусном шерстяном костюме моль рьяно набрасывается лишь на места, где есть приправа, где запачкано. Это объясняют тем, что гусеницам нужен витамин В. Поэтому они и рыскают в поисках пятен, оставленных пищей. Вероятно, костюм, побывавший в химчистке, с точки зрения моли, еда не первосортная.